«Дело Харченко» продолжается: «силовой» прессинг предпринимательницы продолжился «историей о задержании» для доставки в Следком Приамурья

19.Май.2022

Участковый уполномоченный Егоров, похоже, сам не понял, чего требовал от  Марии Харченко

 О том, что в деле воронежской (бывшей амурской) предпринимательницы Марии Харченко, амурские силовики проявляют странное рвение, всё больше похожее на стремление «закошмарить» не только её бизнес, но и саму бизнес-леди, наша редакция рассказывала не один раз. И вот – очередной пример. На этот раз отличился местный участковый уполномоченный полиции, якобы выполняющий поручение амурского Следкома.

История случилась 17 мая 2022 года, когда Мария Харченко, находящаяся в статусе подсудимой, вышла из здания суда. Когда Мария Харченко направилась к машине своих знакомых, которые привозят и увозят её в суд, дорогу ей преградил полицейский в погонах капитана полиции, который попытался её остановить. Как сообщил сам полицейский, остановил её он с целью задержания. Якобы за то, что она ранее отказался подписать какой-то документ о явке на допрос в Следственный комитет. Мария Харченко была очень удивлена таким сообщением участкового, поскольку никаких вызовов на допрос и повесток она не получала. А после того, как участковый сообщил ей, что за отказ проехать с ним, он применит физическую силу, предприниматель Харченко была вынуждена достать свой мобильный телефон и начать съёмку своей беседы с участковым. По сути, у участкового не было при себе никаких документов, которые бы подтверждали бы существования факта вызова Марии Харченко на допрос или как-то бы подтверждали то, что он говорит. По сути, участковый пытался исполнить какое-то подобие «принудительного привода», правда, и это действие проводит не участковый, и только по заранее составленным документам. Как ни крути, никакой «теоретической базы», необходимой для задержания Марии Харченко, у участкового не было.

Мы специально выкладываем видео данного инцидента, чтобы было понятно, как навязчиво, но крайне неубедительно с  точки зрения закона, действуют местные полицейские. Впоследствии выяснилось, что участкового, который устроил это «шоу», зовут Антон Егоров.

В течение нескольких минут, которые в условиях далеко не самой тёплой погоды, да и не при самом хорошем самочувствии могли показаться вечностью, он пытался вразумить Марию Харченко, что та оказывается правонарушительницей, ибо (по словам полицейского) не явилась на допрос к следователю Октябрьского межрайонного следственного отдела Следственного комитета РФ по Амурской области. Будто бы отказалась получать повестку о вызове на допрос.

Мария Харченко – и сама, и в присутствии двух адвокатов (один адвокат  её, второй – Александра Харченко, также находящегося в статусе подсудимого) , и даже приглашённых по такому случаю (но оставшихся инкогнито) понятых, – пыталась объяснить офицеру полиции: мол, никто её не вызывал, и повестки в глаза она не видела. Да и самого его, облачённого в форму с погонами капитана, побудила представиться во время видеосъёмки на телефон. Ибо что-то невразумительно проговоренное едва ли возможно всерьёз воспринимать как представление гражданину, как того требует федеральный закон «О полиции». Документов же при этом человеке в форме не было никаких – ни предъявленного удостоверения, ни постановления о признании Марии Харченко административно задержанной.

Марию Харченко легко понять: обращаясь к ней, участковый уполномоченный Антон Егоров словно забыл о требованиях, закреплённых в статье 188 УПК РФ. Ни самой повестки о вызове в качестве свидетеля, ни протокола об отказе от получения повестки этот горе-полицейский так и не предъявил. Телефонный же разговор участкового уполномоченного с неким лицом проходил в присутствии Марии Харченко. И она поняла, что диалог проходил со следователем следственного отдела, по поручению которого действовал сотрудник полиции. Характерные реплики оказались вполне убедительными для того, чтобы Мария Харченко поняла: ни повестки с отметкой об уведомлении, ни протокола об отказе нет в природе. Возможности представить либо один документ, либо другой у полицейского не было никакой.

Вообще, просматривая видеозапись разговора, остаётся только удивляться тому, как целый капитан полиции, участковый, можно сказать «шериф» «местного разлива», пытается объяснить Марии Харченко, что задержанной она не является, тем не менее, уйти, сесть в машину и уехать тоже не может. Возможно, в Амурской области появился собственный, отличный от общероссийского, КоАП РФ или УПК РФ. А возможно, что вся история с попыткой задержания Марии Харченко, готовилась второпях, и участковый, которому дали весьма примерный план действий, так и не смог осуществить задуманное. Кстати, непонятно и то, что же это за уголовное дело такое: участковый Егоров, действующий по поручению местного Следкома (с его, Егорова, слов –  Прим.Авт.), так и не смог объяснить – кого и в чём обвиняют, причём тут Мария Харченко.

Судя по последним данным, у гособвинения не сильно получается доказать в суде вину Марии Харченко, возможно, поэтому появляются другие «околосудебные инциденты» в виде «рояля в кустах» в исполнении участкового Егорова. Как можно предположить из всего происходящего, нефтебаза в Екатеринославке, принадлежащая Валентине Кочкиной – матери Марии Харченко, давно уже должна была сменить владельца – да всё никак не получается. Речь ведь идёт о бизнесе на сотни миллионов рублей. Можно ли ради этого пожертвовать карьерой какого-нибудь рядового «полисмена»? Наверное, можно. Ну это вопрос гипотетический. Непонятно ведь, кто «кукловодит» всей этой истории вокруг бизнеса Марии Харченко и имущества её матери – Валентины Кочкиной.

Естественно, что в таких условиях Марии Харченко ничего другого не оставалось, как направить жалобу на неправомерные действия участкового уполномоченного полиции Антона Егорова в адрес руководителя Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Амурской области и в УМВД России по Амурской области. Допущенные «вольности» – это не какой-то там дисциплинарный проступок, а деяние, возможно, вполне подпадающее под уголовную ответственность.

Мария Харченко напомнила о том, что статья 27.3 КоАП РФ, регламентирующая условия административного задержания, ни в коей мере не относилась к описываемой ситуации. Ни о каких «исключительных случаях» невозможно было вести и речи. Тем более, что полицейский не удосужился представить ни протокол, ни постановление об административном правонарушении.

Не имелось в данной ситуации и оснований, предусмотренных статьёй 113 УПК РФ, в которой описаны случаи, когда гражданин может быть подвергнут приводу. Постановления о принудительном приводе Антон Егоров Марии Харченко также не предъявил. Соответственно, никаких правовых оснований для ограничения свободы (задержания) у полицейского не имелось никаких.

Капитану полиции, очевидно, оценившему безвыходность своего (как оказалось, нелицеприятного) поведения и положения, ничего не оставалось больше, как ретироваться. Документов нет – свободен!

Поскольку все эти «выяснения отношений» подтверждаются видеозаписями, то отрицать очевидное – едва ли разумно. А потому возможно предполагать, что жалобе Марии Харченко будет дан ход. Какой именно?

В адресованном в высокие инстанции документе говорится, что она усматривает в «действиях Егорова А.Ю. и следователя Октябрьского межрайонного следственного отдела» признаки преступления, предусмотренные статьёй 30, статьёй 301 УК РФ. Т.е. воспринимает эти действия как покушение на незаконное задержание. Ни больше и ни меньше!

Будут ли привлечены сотрудники правоохранительных ведомств к ответственности? Или вопрос останется риторическим?!.

На фото – Антон Егоров

 


Оставить комментарий


Комментарии(0)