«Дело Харченко»: сотрудницу налоговой инспекции требуют проверить на «коррупционную составляющую»

18.Апр.2022

В деле амурской предпринимательницы Марии Харченко можно усмотреть лоббирование интересов частной компании со стороны отдельных сотрудников фискального ведомства

О том, что в деле Марии Харченко, которую уже не первый год обвиняют в хищении нефтепродуктов у своих бывших контрагентов, слишком тесно переплелись интересы фискальных и правоохранительных органов Амурской области, наша редакция рассказывала не один раз. Удивительным образом «дело Харченко» идёт по «накатанной колее»: её аргументы следствие и суды «не видят», зато её оппоненты, похоже, практически во всех инстанциях получают «зелёный свет».

И вот – ещё одно доказательство «творческого подхода» к «делу Харченко» в суде. На этот раз отличилась работница амурского УФНС, которая, похоже, не стала скрывать (или не смогла скрыть?) своей заинтересованности в этом деле.

Для начала – небольшая предыстория. В самом начале конфликтной истории, связанной  с тем, что группа компаний «Бензо» потребовала у Марии Харченко 12 видов ГСМ, которые якобы были похищены с нефтебазы в Екатеринославке, сумма ущерба постоянно «плавала». Сначала это были десятки миллионов рублей, потом счёт пошёл на сотни. В итоге кое-какая конкретика появилась после решений арбитражный судом. Так, решением АС Амурской области по делу №А04-8490/2018 с ИП Харченко М.В. в пользу ООО «Бензо» были истребованы нефтепродукты на общую сумму в 129,9 млн рублей. Важный момент: в сумму 129,9 млн рублей входит и 20 млн рублей в виде НДС, который  был заявлен ООО «Бензо» к вычету. Для понимания – налоговый вычет предполагает, что налогоплательщик не доплачивает на указанную сумму налог в бюджет.

Вот уже более двух лет арбитражными судами рассматривается дело № А04-7971/2021, в котором бывший супруг Марии Харченко – Александр Харченко, требует признать её банкротом. Примечательно, что изначально это дело рассматривал АС Воронежской области, где в настоящее время проживает Мария Харченко, но потом неведомые силы смогли «перетащить» это дело из Воронежа в Благовещенск. Вот в это дело и включилось в качестве «третьего лица» ООО «Бензо», которое предъявило требование на сумму приобретенного товара 129,9 млн рублей. Что примечательно: в сумму заявленных требований был включён и НДС, ранее учтённый в качестве налогового вычета (возмещения). Фактически же, сумма, заявленная ООО «Бензо», должна быть на 20 млн рублей меньше. Но, видимо, на такую малозначительную деталь, как 20 млн рублей, никто в суде внимания не обратил.

В судебном заседании 17 марта 2022 года, представляя интересы Управления ФНС по Амурской области, Никифорова Оксана Петровна под аудиозапись заявила, что не возражает по поводу включения требований ООО «Бензо» в реестр требований кредиторов ИП Харченко М.В. с НДС. При этом госпожа Никифорова в своём выступлении прямо указала о том, что «мы взыскиваем…», «мы включаемся…». Но ведь УФНС в этом деле – не истец, не ответчик, и даже не третье лицо. На сайте АС Амурской области УФСН поименовано как «иные лица». Вопрос: госпожа Никифора, заявляя о том, что «мы взыскиваем», «мы включаемся» с кем себя отождествляет: с УФНС или всё-таки с ООО «Бензо»?

Такая деятельности Оксаны Никифоровой вообще вызывает множество вопросов, первый из которых такой: а действует ли уважаемая представитель УФНС в интересах своего ведомства? Ведь, по логике вещей, если ООО «Бензо» взыскивает с ИП Харченко 129 млн рублей, оно должно вернуть в бюджет те самые 20 млн рублей, которые были получены в качестве вычета за НДС. Да вот беда: трёхлетний срок подачи уточнённой декларации со стороны ООО «Бензо» уже истекли, а следовательно, нет у этого предприятия и обязанности по возврату в бюджет тех самых 20 млн рублей. Это что же получается – что работница налоговой инспекции поддерживает одного из «третьих лиц» в процедуре взыскания денег с ИП Харченко, при этом зная, что сроки по возврату НДС в этом случае прошли и ООО «Бензо» не будет их платить назад в бюджет, даже, если взыщет все 129 млн рублей с Марии Харченко? Не слишком ли мутная «схема» получается. К тому же, по имеющейся информации, сегодня ООО «Бензо» активно хозяйственной деятельности не ведёт. Оксана Никифорова, как работник налогового органа, должна быть осведомлена о порядке и сроках сдачи налоговой декларации и должна понимать, что отсутствует правовой механизм принудить ООО «Бензо» возвратить НДС в бюджет. Как это понимать: госпожа Никифорова О.П., излагая от имени УФНС правовую позицию, способствовует незаконному увеличению размера кредиторской задолженности ООО «Бензо» и увеличению количестве голосов на собрании кредиторов?

Собственно, такая позиция работника УФНС побудила одного из участников дела направить заявление о преступлении в отношении сотрудницы УФНС в Следком Амурской области, поскольку в её действиях усмотрели «коррупционную составляющую», а также признаки состава преступления ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями). К заявлению приложена аудиозапись с судебного заседания. Осталось дождаться – найдёт Следком в таких действиях признаки состава преступления? Или будет как всегда: если ты на нужно стороне, то пиши и говори, что хочешь – ничегошеньки тебе не будет. Хотя репутация УФНС по Амурской области, в любом случае, попадает в зону риска…

Вот и возникают вопросы к этой ситуации. Обычно налоговики не ходят на банкротные дела в суды, если не затронуты интересы самой ФНС.  А тут вдруг появляется какая-то обострённая заинтересованность по участию в деле, хотя у участвующих в судебных заседаниях предпринимателей нет никаких задолженностей перед налоговой! Вся эта судебная риторика госпожи Никифоровой – не попытка ли встать на сторону ООО «Бензо»? С чего бы вдруг налоговой инспекции поддерживать при таких обстоятельствах коммерческую компанию, у которой с УФНС формально нет никаких связей?

 


Оставить комментарий


Комментарии(0)